Санька остановился:

— Выкладывай!

— А ты дуй сюда! — позвал Кимка, пряча что-то за спину.

— Ну, — подошел Санька, — чего у тебя там?

— Тс-с! — предостерег Кимка, пятясь к только что покинутому убежищу.

Санька опасливо огляделся вокруг:

— Да никого же нет!

— «Нет-гнет», — передразнил Кимка. — Бледнолицые хитры, а Соколиный Глаз мудр... Гляди! Только — молчок, тайна!..

— Меткая Рука умеет хранить тайны! — с достоинством ответил Санька. Но, видя, что Соколиный Глаз не спешит открывать своего секрета, добавил нарочито безразличным тоном: — Говори, а то на речку надо!..

Кимка прищурил темные, с татарским разрезом, глаза:

— Пошли в штаб, оружие раздобыл! — и сунул под нос круглый предмет, завернутый в курточку.

— Бомба?! — ахнул Санька. Кимка приоткрыл курточку.

— Пе-ту-ух?! — Санькины губы сложились в презрительную усмешку, но это Кимку ничуть не смутило.

— Полчаса назад на помойке вот этой стрелой срезал! — Соколиный Глаз показал полуметровую стрелу, окрашенную в красный цвет.

— Чей?

— Пожарничихин. — Смутился Кимка. — Теперь нам перьев для стрел во как! — И он прихлопнул ладонью по макушке.

— Так это для стрел? А я думал...

— Индюк думал, да в суп попал!

— Все равно нагорит нам, если узнают.

— Нагорит, — согласился Кимка, — да я нечаянно. Понимаешь, пальнул в ворону, а этот «рыцарь» выскочил вперед, ну и...

— Жалко.

— Конечно, жалко, но не пропадать же добру! Знаешь что, — оживился Кимка, — мы ей возместим убыток.

— Кому?

— Тете Фекте, пожарничихе. Она меня вчера просила дровец к зиме поколоть, вот мы и...

— Правильно! — повеселел Санька. — А теперь — в штаб!..

Ползком, как и положено мудрым краснокожим, Санька и Кимка одолели барханы, намытые землечерпалкой. Там, где ныне стоят трехэтажные дома, два года тому назад было болото, заросшее камышом и чаканом. Строители, прежде чем приступить к закладке фундамента, залили малярийную низину пульпой — жидким грунтом, который «грязнухи» черпали железными ковшами со дна реки.